Карта мнений

Конечно, идут сплошные манипуляции. Идет организованное досрочное голосование в массовых масштабах – бюджетников загоняют, пенсионеров привозят. Досрочное голосование - это обычно меньше 1 % от явившихся на выборы, а в Санкт-Петербурге уже больше 4% от общего числа избирателей. Таких естественных аномалий не бывает.

Во-первых, никакой оппозиции в РФ нет, есть лишь силы, которые по высочайшему повелению играют роль оппозиции (парламентские партии) и силы, которые конкурируют с ними за получение подряда на имитацию оппозиции (внесистемщики). Во-вторых, «оппозиция» всегда была в плачевном состоянии, ибо именно это от нее требует верховная власть.

Я высоко оцениваю деятельность Андрея Воробьева и как эксперт, и как житель Подмосковья. Главное, что удалось молодому губернатору - это изменить идеологический характер публичной власти

Вопрос «перезагрузки» взаимоотношений власти и общественного сектора сейчас актуален для любого российского региона. Проблема в том, что власть до сих пор привыкла действовать в формате административно-командных действий, тогда как сектор НКО предрасположен к многоуровневому диалогу. Подобная рассогласованность привела к тому, что у региональной власти порой возникает иллюзия, что все нити управления внутренней политики у нее в руках, однако на поверку выходит, что с каждым годом управляемость внутриполитическими процессами снижается.

Выборы в Нижегородской области проходят в штатном режиме, без интриги, без какой-либо изюминки

Действительно, в крае вроде бы идет конкурентная борьба на выборах. Никто из вменяемых людей не может сказать, что конкуренции нет. Но борьба эта носит какой-то совсем уж вялотекущий характер.

Вообще инструмент досрочного голосования именно поэтому и был отменен в прошлый раз в 2009 году, что он широко использовался действующей властью в интересах фальсификации выборов в своих интересах. Скажем так, ни для кого не секрет, что большинство руководителей предприятий либо являются членами партии «Единая Россия», либо близки к этой партии и находятся в числе ее сторонников. Так что власть очень часто форматировала под себя уже на предварительном этапе весь список избирателей, более того – обеспечивала голосование под контролем. Достаточно понятны опасения тех, кто говорит, что эта практика вернулась с возвратом досрочного голосования.

Думаю, что на сегодняшний день оппозиция в нашей стране в целом весьма слаба - организационно, электорально, чтобы всерьез претендовать на победу. Стоит также понимать, что системные партии зачастую комфортно находят общий язык с властью и даже не помышляют о борьбе на результат, выставляя заведомо слабых кандидатов и лишь обозначая противостояние.

Удачно так получилось, что незадолго до губернаторских выборов в Челябинске прошел чемпионат мира по дзюдо, финальные схватки которого специально приехал посмотреть президент Владимир Путин. А рядом с ним, естественно, был и врио губернатора области Борис Дубровский. И это обстоятельство в значительной мере предопределило не только исход поединков на ковре – наши победили! – но результаты выборов 14 сентября.

Налицо консолидация общественных настроений на фоне украинских событий и присоединения Крыма. В этих условиях рейтинг доверия Владимира Путина держится на уровне выше 80 процентов, рейтинг «Единой России» - выше 50 процентов. Можно говорить об общем наблюдаемом росте популярности власти в целом.

Сегодня в России четко выстроена вертикаль исполнительной власти, поэтому без поддержки Кремля и личной поддержки президента выиграть те же губернаторские выборы нереально. И попасть во власть представителю оппозиции возможно только с согласия правящих сил.

Дело в том, что сама оппозиция на эти выборы, что называется, решила «не идти». Все понимают, что идти против ветра совершенно бессмысленно. После Крыма и Украины рейтинги власти, губернаторов, «Единой России», Путина и т.д. зашкалили и вообще взяли исторический максимум. В этих условиях тратить деньги, усилия – совершенно бессмысленно. То есть оппозиция решила подождать до 2016 года, до 2018 года и там уже, когда изменится ситуация, пытаться участвовать. А сейчас – это просто «палево» ресурсов и не более того. Никто нигде толком не выдвинулся, никто нигде не ведет никаких кампаний.

Есть две главных составляющих. Первая – наша так называемая оппозиция занимается чем угодно, кроме реальной работы с избирателями - реальной, повседневной работы, причем начиная с самого низового уровня - с муниципалитетов. А вот сейчас, когда понадобились подписи для выдвижения кандидатов, выясняется, что никакой опоры в депутатском корпусе муниципального уровня у нашей оппозиции вообще нет. Это первое.

На мой взгляд, вопрос явки как таковой имеет две стороны. С одной, хорошая явка, вроде бы, показатель народного доверия и, как следствие, легитимности будущего главы региона. С другой, а кому вообще по большому счету нужна эта явка?

Предугадать действия Владимира Путина сложно, а объяснить постфактум – легко. Так было в 2007 году, когда он не просто возглавил список «Единой России» на госдумовских выборах, но и «заменил» собой всю его федеральную «тройку».

В целом избирательная кампания в Челябинской области отмечена своей безальтернативностью, блеклостью борьбы.

Вся Брянщина ликует после известия об отставке Денина. Телефон раскалывается от звонков – люди не могут поверить, что это произошло, что президент сделал такой подарок.

Честно говоря, и так уже Министерство регионального развития было доживающим свои дни институтом после того, как значительную часть функционала у них забрали в Минстрой, поэтому, на мой взгляд, его расформирование было вопросом времени.

Николай Денин давно уже фигурировал в списке неблагонадежных губернаторов. Видимо, претензии федерального центра к нему накапливались. Однако именно с такой формулировкой его отставка не совсем ожидаема.

Борис Дубровский наберет не ниже 75%, это фаворит, обозначенный Путиным, и я не знаю, что должно случиться, чтобы этот процент упал. Но у нас губернаторская кампания в регионе сочетается с муниципальными выборами, впервые после реформу МСУ. Вот там депутаты нацелены на то, чтобы буквально приводить людей, предстоит выбрать целых 170 депутатов из 1100 кандидатов, к этому надо постараться подпитать интерес. Технологи губернаторской кампании нелицеприятными методами пользоваться не будут. Будут крайне неудобно перед федералами, если «засекут» действия вроде откровенного «сгона» народа на участки.